Русские и Рейхстаг
"Паниковский и Балаганов отлично ужились в "Вороньей слободке",  и  их  голоса уверенно  звучали  в общем квартирном хоре.
Паниковского успели даже обвинить в том, что он по ночам отливает керосин из  чужих примусов..."


 "Золотой Теленок", Ильф и Петров.

 
Очередь во вновь открывшийся реставрированный Рейхстаг тянулась метров на триста от самых лотков с псевдосоветскими безделушками и кусочками павшей Стены. Воскресенье, немцы и прочие гости вновь образованной столицы желали взобраться на прозрачный купол немецкой государственности, чтобы посмотреть на вечерний вновь отстраиваемый Берлин. Уже подходя к самому зданию, я услышал звуки аккордеона и песню про солдата Алешу, который в Болгарии русский солдат. Постоянно фальшивя, парочка неопрятно одетых соотечественников честно и громко отрабатывала программу, щедро собирая монеты в услужливо подставленный футляр. Место было выбрано очень удачно с точки зрения коммерции – узкий проход, много людей в очереди: у немцев не было выхода и надо было проявлять сердобольность и щедрость. Так поступил и Юрген, мой очень хороший немецкий друг, с которым мы стояли в очереди. Я же не знал куда прятать глаза...
Я видел много соотечественников, которые подрабатывали музыкой в переходах метро, на больших станциях,  вокзалах и улицах. Времена нелегкие, у всех дети, которые хотят кушать, и это не грех попросить богатых людей поделиться, отдавая взамен им то, что ты можешь – с этим все понятно. Но в Германии есть всего пару мест, где русским просто нельзя просить милостыню. Одно из них – это Рейхстаг...
Русские в Германии. Большая тема, обсуждение которой грозит обширной дискуссией с перерастанием в склоку. Так много здесь соотечественников и так широк их спектр. Это не Япония, с сотней активно-собирающихся русских в Токио и еще сотней, разбросанной по стране, участвующих только в электронном общении. Это Германия, где русские голоса везде и громко.  В целом, немцы не любят ниших соотечественников. Немцы вообще не любят иностранцев, но каждую нацию за свое. Вообщем-то, они получили то, что хотели. В отличие от Америки, которая хоть и разыгрывает 55 тысяч "халявных путевок в жизнь" ежегодно, тем не менее, принимает основную массу иммигрантов по принципу интеллекта и полезности для страны – через рабочие визы Н1В. Да и эти 55 тысяч должны пройти через минимальные критерии образованности, собеседование. Немцы, пытаясь очиститься после войны, принимали и принимают почти без разбору, если иметь в виду полезность для общества. Большинство иммигрантов – это люди, легкие на подъем, а это качество присуще трем категориям людей: (1) высококвалицированным специалистам, которым хорошая работа позволяет избежать многих трудностей переезда, (2) романтикам, живущим по принципу "с милым и в шалаше неплохо", (3) людям, которым терять особо нечего. Это, конечно, очень примитивная классификация, но она, мне кажется, отражает суть проблемы. 
Русских в Германии не любят за "жизнь на халяву". Нельзя сказать, что немцы являются ангелами в области уплаты налогов и прочих уплат обществу. Но наши тут бьют все рекорды, которые только могут привидеться немцу. Я не хочу развивать здесь тему наших "социальщиков", о том как люди получают всевозможные пособия от развитого немецкого социализма, еще и подрабатывают нелегально и в целом живут не намного хуже полноценно работающих. Есть и немцы, практикующие подобный образ жизни, но большинство их все-таки работают. Что касается наших иммигрантов, то у меня стойкое ощущение, что большинство из них практикует именно вышеописанный образ жизни. Это не является большим секретом для аборигенов и отсюда  появляется стойкая неприязнь к русским – я обсуждал эту тему со своими немецкими коллегами, они эту мысль сформулироали вполне четко. 
Другой особенностью наших соотечественников является мощный потенциал отталкивания друг от друга. Если другие нации за границей стараются кучковаться, то русские сразу делают вид, что впервые слышат о существовании русского языка и вообще такой страны. Поляки создают целые общины на основе католических церквей, турки строят полумафиозную клановую сеть и перетаскивают всех настоящих и ненастоящих родственников с родины к себе (кажется, у них навязчивая идея – сделаться большинством и победить на выборах), японцы даже организуют воскресные школы для детей с настоящим преподаванием всех школьных курсов - такая школа есть, например, в Штутгарте, где японская община не так уж велика. Мы ходили одно время в эту школу – там все устроено точно как в настоящей японской школе. В Карлсруэ есть немецко-японское общество, которое помимо ежемесячных встреч проводит уйму презентаций, типа кимоно-шоу, запуск змеев и пр. Явно русская община в том же Штутгарте или Карлсруэ больше японской, но кроме одной русской дискотеки, устраиваемой в китайском ресторане, я не нашел ничего. Земляки отталкиваются друг от друга как две одноименно заряженных частицы. Очень часто люди просто открещиваются от своей национальности, не желая говорить по-русски и переходя на ломанный немецкий. Как-то делая покупку в супермаркете, услышал, что кассирша говорила с подругой по-русски. Когда подошла моя очередь, желая сделать себе и ей приятное, поздоровался и пожелал ей приятного дня на родном языке. Что услышал в ответ? – стандартное bitte schoen. На фоне этого случая очень контрастная ситуация приключилась буквально на следующий день: летел американской Юнайтед в Нью-Йорк и служащая-американка на посадке, увидев мой белорусский паспорт, произнесла с диким акцентом "Спасибо, проходите". Я чуть не расцеловал ее, так это было в пику со сценой предыдущего дня (кстати, там к тому же было что целовать – это я про стюардессу...). Ладно, Вы можете сказать, что это всего лишь кассирша, а как насчет интеллектуальных коллег? В поисках возможных друзей для себя и детей, провел поиск в интернете в местных университетах и академических институтах. Вычислив без труда явно русские фамилии и даже почитав резюме некоторых обладателей этих фамилий с явным указанием на их русское происхождение, написал с десяток писем с приглашением встретиться на шашлыках и пообщаться. Однако не получил ни одного ответа. Бывали и совсем курьезные случаи. Нашел местное туристическое агенство, обслуживающее на русском языке и решил спросить их цены на авиабилеты – все ж общаться всегда приятнее на родном языке. После того, как я озвучил свой предполагаемый командировочный маршрут в Штаты, меня вкрадчиво так спросили на том конце трубки – "А деньги у вас на этот билет есть?" Я так и не нашелся что ответить на этот вопрос... 
Вообще, есть какая-то поведенческая закономерность эмигрантов, не знаю, только ли русских? Это особенно проявляется в русскоязычной прессе, которая по стилю похожа на клонированных овечек долли. Типичным является постоянное сравнение с "бывшей" жизнью в Союзе, - ясно в каких красках: черные там, белые здесь. Причем, делается это совершенно бесхитростно и напрямую, буквально "там было так плохо, а вот тут,  слава Богу, совсем не так", проговаривается много правильных слов, как надо поступать и как нельзя.  Вообщем, не пресса, а интерпретированная Библия – только следуй наставлениям. Правда, напечатанные истории пестрят словосочетаниями "получатель социальной помощи" – так культурно называют тех, кто живет за счет государства... Контраст особенно заметен в местных вкладышах к известным российским газетам, типа приложение "Мы в Европе" к АиФ. Читаешь интересную газету (АиФ), животрепещущие статьи, скандальные хроники, и вдруг на следующий странице – "а у нас все получают социальную помощь..." Ба, так это местечковое приложение... Люди живут тем видением прошлой родины, которое было много лет назад, в период их отъезда и даже более того, такое ощущение, что все хорошие воспоминания они оставили там, а привезли с собой только негатив из прошлого... Ощущение, что они совершенно не знают о том, что на их бывшей родине многое сильно поменялось за последние годы, а может им доставляет радость думать, что они такие вот молодцы – уехали из такой плохой страны в такую хорошую. Другим зеркалом, отражающим эмигрантское настроение является язык. Во-первых, по-русски говорить считается моветоном. Правда, по-немецки хорошо говорят тоже единицы, за исключением молодежи, и поэтому большинство в общении  с соотечественниками говорят на русском с богатым вкраплением немецких слов. Видимо, это должно указывать на богатое знание обоих языков, хотя из моего личного опыта  это - скорее признак незнания обоих языков.  Поэтому, когда я слышу что-то типа "Ja-ja, natuerlich, ich карашо понимай Deutsch" у меня появляется предвзятое отношение к человеку – не могу ничего с собой поделать. Мне кажется, это такая же элементарная культура, как сморкаться в платок и мыть руки после туалета – говорить на нормальном чистом языке, будь то немецкий или русский. После этих строк вполне закономерно возникает вопрос: "А ты кто такой?". Этот вопрос стоит передо мной в такой же степени, и найти ответ на него мне важно и самому. Что я точно знаю – я не иммигрант. Во всяком случае, в понимании подавляющего большинства соотечественников здесь. Я не продавал свою квартиру, не собирал тысячу чемоданов, не проходил таможню с мыслью на лице "отмучаюсь в последний раз и плюну вслед", не бросал свои пожитки на немецкую землю со словами "все, вот здесь я останусь навсегда". Я не говорю, что это плохо – каждый решает сам как и где жить, я просто говорю про себя. Я не люблю также слова "космополит", у меня оно ассоциируется с некоторым высокомерием. Я различаю три различных стороны в теме "эмиграция". Первая – кем ты себя считаешь. Я родился и вырос в большой стране, которой больше нет, там прошло мое детство и юность, там я оформился как личность, там я получил образование, там у меня друзья, и глупо было бы называть себя иначе как "советский" – в том смысле, что мы все родом оттуда. Я уже никогда не буду немцем, японцем, американцем и даже белорусом или россиянином. Вторая сторона - это паспорт, который лежит у тебя в кармане. Он никак не связан с первой частью, он просто дает некоторые преимущества в жизни – с "хорошим" паспортом легко путешествовать, с ним ты и твоя семья может чувствовать себя более защищенным в случае непредвиденных обстоятельств, это что-то вроде страхового полиса. В этом смысле, я почти иммигрант, т.к. планирую получить какой-либо "хороший" паспорт, не знаю пока какой. И, наконец, третья сторона – где ты хочешь жить. Я не связываю это с первыми двумя сторонами: если я решу получить немецкий паспорт, это не значит, что я вот тут и буду жить всю оставшуюся жизнь – у меня есть мечта возвратиться еще хотя бы на несколько лет в Японию, пожить в Штатах, да и почему бы после выхода не пенсию, скажем, не вернуться на родину, если политическая ситуация там нормализуется? Тем более, что частично я уже частично в этом плане – благодаря мне моя фирма заключила контракты на выполнение работ в Минске и мне приходится часто бывать там по делам. Так что назвать себя "эмигрантом" у меня язык как-то не поворачивается. А тем более, по немецким "понятиям", я не подпадаю ни под одну из категорий местных иммигрантов – я не являюсь ни Aussiedler'ом (поздним немецким переселенцем), ни контингентным беженцем (еврейская эмиграция), ни политическим беженцем. Меня просто пригласили сюда работать и я согласился. Может быть, я останусь здесь жить, а может и нет. 
 
Такая вот Immigrant Song (C) Led Zeppelin. Впрочем, русский заграничный мир очень разнообразен, есть и приятные люди и приятные фирмы. Нам, например, удалось-таки собрать приятную компанию здесь, хотя и не так быстро как можно было бы ожидать, учитывая количество живущих здесь соотечественников. Так что все не так плохо...
 


 
Русские и Рейхстаг Дойче Орднунг Автомобили Работа Немецкий социализм Товары народного потребления Советы
Европа, больная старуха Сервис и упаковка Транспорт Баден-Вюрттемберг Кухня Образование Ссылки