Общество
"А нам  грубиянов не надо. Мы сами грубияны."

Остап Ибрагимович,
"Золотой Теленок". Ильф и Петров

 
Конечно, это немного громкое и притязательное название для данного письма – слишком уж оно коротко для такой темы. Здесь описаны просто пару наблюдений о некоторых характерных чертах японского социума. 

По отношению к иностранцам, японцы не очень открыты. Это можно объяснять и долгой закрытостью Японии как страны, и напряженным темпом жизни в современной Японии, и другой ментальностью, и прочими другими факторами. Результат один: дружба с японцем в нашем понимании – вещь очень виртуальная.  До тех пор, конечно, пока Вы не станете сами «настоящим японцем», чего я бы не желал никому. Среди японцев дружба в нашем «русско-советском» смысле тоже встречается нечасто. Взаимоотношение между людьми в основном ровное и приветливое, но привязанности особой не наблюдается. В японском обществе сильно развита иерархия отношений, что отображается и в языке и в поведении. Различают 3 уровня общения: с лицом, стоящим выше Вас на социальной\профессиональной лестнице, ниже и с равным. Причем одно и то же лицо может появляться для Вас в разных ипостасях, в зависимости от обстоятельств. Например, если Вы говорите с коллегой по работе в отсутствие и в присутствии человека «извне» фирмы, Вы должны по этикету обращаться к нему по-разному. Для всех людей «вне» компании вы равны и представляете одну «семью» равных, т.е. и говорите с ним как с равным. Внутри же компании, естественно, есть своя иерархия, которая явно не показывается наружу.  Не во всех компаниях жестко следуют этим правилам, иностарнцам делают большую скидку на незнание, но тем не менее, время от времени это всплывает и ставит Вас в тупиковые ситуации. Вследствие этих сложностей и из-за действительно сильно отличающейся восточной ментальности, завести дружбу с японцем мне видится почти невозможным, что я и проверил на своем опыте. Не думаю, что это связано с какими-то особенностями моего характера, т.к. у у меня действительно много друзей осталось и в Германии и в ех-СССР. Конечно, здесь можно иметь хорошие отношения с кем-то, но все-равно придет такой момент, когда Вы ясно поймете, что либо этот человек просто изображает дружбу либо имеет какой-то интерес. Из своего опыта, характерным было начало моей карьеры здесь. До подписания долгосрочного контракта, в течении пробной поездки, мы имели много контактов (гости, барбекю, походы в рестораны и пр.) с коллегами. После подписания бумаг, количество общений экспоненциально обвалилось – японцы «отдали долг», показали, что они очень дружественны и все. Это кстати, не уменьшило количество приглашений – в Японии приглашать периодически в гости и забывать при этом сказать дату и время вполне нормально. Я даже сам здесь этому научился и теперь систематически приглашаю всех коллег то на барбекю, то домой на русские блины, правда, при этом все-таки стыдливо добавляю «когда-нибудь» - все-таки я не настоящий японец...

Агрессивность. Проводя параллели с Германией, хочу поделиться своим непониманием того, как и почему могли произойти события 60-летней давности, т.е. вторая мировая война. Что касается Германии, непонятно как высокая культура нации могла ужиться с жестокостью нацистского режима. Что же касается Японии, то жестокость вообще отсутствует в их внешнем проявлении, во всяком случае сейчас. Может быть, это уроки их поражения, но трудно представить японцев как жестокую нацию, хотя это не исключает всяких единичных случаев. Правда, что смущает – это отсутствие покаяния - стойкое ощущение, что они особо не считают себя виновными. С ними невозможно говорить на тему войны – они быстро уходят от нее и показывают, что им это неприятно. Может быть от стыда, вопрос только от какого – стыда за совершенное или стыда за поражение? Мне часто кажется, от последнего, хотя не берусь утверждать... С моим немецким другом Юргеном, 55-летним бизнесменом, живущим в Западном Берлине, мы часто говорили о войне, хотя его отец похоронен на немецком кладбище в Минске, в 200 метрах от дома, где живут мои родители, а мой дядя похоронен в Далльгове, в 10 километрах от дома Юргена; дед лежит под Новгородом. Отсутствие раскаяния очевидно и на уровне японской государственной политики. Если немцы проводили и проводят множество акций во имя искупления содеянного наци, как то -  неограниченный и бессрочный прием еврейских иммигрантов, платы жертвам холокоста, выплаты узникам концлагерей и работавшим в неволе и пр., то подобных акций со стороны Японии, за исключением некоторых извинений перед изнасилованными кореянками,  мне слышать не доводилось. Конечно, не все немцы такие правильные, есть и совсем другие, но Германия действительно тратит очень много денег на попытки как-то смягчить привкус горечи, хотя понятно, что только деньгами это не исправляется. Япония же до сих пор требует отдать северные острова. Хотя ситуация с островами действительно запутана -  их как бы оккупировали после капитуляции -  но это была война и не все законы мирного времени работают в военное время. Если бы представить, что Гитлер в 44-м году капитулировал, когда СА переходила белорусско-польскую границу, то что – не было бы советского флага на Рейхстаге? Или представить сейчас, что Германия на государственном уровне требует вернуть ей Пруссию, Померанию, Силезию и Познань – как бы к этому отнеслись Россия, Польша и Чехия? Бред.. А вот Японское правительство уже много лет требует вернуть северные территории и не собирается уступать. 

Криминал. Вот его почти нет в Японии. Если вы не планируете конкурировать с Якудза  - японской мафией – в бизнесе игровых автоматов Пачинко, проституции, порнографии и пр., то бояться Вам совершенно нечего. Вы или Ваши дети могут спокойно ходить по темным и глухим местам в любое время суток, не боясь ничего и никого, Вы можете оставлять Ваше портмоне на самом видном месте в метро и скорее всего оно не пропадет. Случаются, конечно, и убийства и нападения, но это скорее исключения, чуть ли не каждое из которых потом долго и детально обсасывают по телевидению. Учитывая, что население Японии составоляет 133 миллиона, уровень преступности здесь очень низок. Криминальная обстановка вполне спокойная, как в смысле преступлений против человека, так и в смысле краж - если не считать краж велосипедов, которые не являются кражами как таковыми, а скорее мелким хулиганством. О квартирных кражах я тоже не слыхал, т.к. почти все японцы уже хранят ценности в банках и прочих спец.заведениях, а красть автомобили здесь нет никакого смысла – остров, да еще и перенаселенный. Говорят о частых случаях изнасилования школьниц старших классов их же одноклассниками, но если это и правда, то это скорее психологическая проблема. Статистика не показывает этого явления, хотя это не значит, что такое не существует - трудно было бы ожидать, что японцы бы официально признались в таком. 

Конфедициальность и частная жизнь являются очень относительными понятиями в Японии. В целом тут не принято скрывать свою частную жизнь и поэтому не надо удивляться, если соседи заходят к Вам в дом без стука или незнакомый человек просовывает голову в Вашу дверь, чтобы посмотреть, есть ли кто дома. Точно так же на работе коллега запросто может читать бумаги на Вашем столе или смотреть в дисплей Вашего компьютера. У меня на работе вообще уникум есть – в отсуствие шефа один из сотрудников нашей лаборатории приходит и начинает откровенно читать ВСЕ бумаги на столе шефа, который расположен по соседству с моим.  Еще и с перебором бумаг, которые лежат снизу и не видны с первого взгляда. Я заметил, что в мое отсуствие он делал то же на моем столе – пришлось положить для него специально картинку с оттопыренным средним пальцем, после этого я его больше не видел за этим занятием.

Гигиена и чистота. Если отталкиваться от азиатских представлений о чистоте, то Япония, безусловно, чистая страна. Но мы приехали сюда после того как прожили некоторое время в Германии, и не сравнивать все с немецкой аккуратностью и чистотой я просто не могу. Ну, про туалеты почитайте здесь, я же только замечу, что пыль и легкая застарелая грязь не считаются в Японии чем-то порочным. Может, им нравится шарм «печати веков» и «налет времени», но это хорошо смотрится в Наре или Камакуре, но не в столовой или ресторане. Например, в нашей фирменной столовой, вполне современной и с относительно чистыми столами и посудой,  на оконных рамах лежит вековая грязь, смешанная с жиром. Проходя мимо этих окон к раздаче, я не замечал у себя улучшения аппетита.   Какой-то фантазер еще вывесил на стене, вдоль которой двигается очередь, фотографии то ли рекламирующие деятельность службы спасения, то ли рассказывающие о последствиях стихийных бедствий. Я не против такой просветительской деятельности, но на половине из них изображен вынос останков людей, причем фотограф явно раньше работал в криминальной полиции – прекрасно видны все детали. Если бы эта выставка открылась не в мою бытность здесь, я бы подумал, что это меню. И висит, и никто не против, все внимательно рассматривают.

Японцы еще и курят. Да как! С упоением и полной отдачей сил. Одна за другой. Получая удовольствия от сигареты. Так курят только русские… По статистике, японцы делят первые три места с поляками и русскими в количестве курящих (не помню, кто из нас все-таки первый). Курят везде и много. Правда, есть строгое разграничение пространства для курящих и некурящих, но не все этого разделения придерживаются. Очень много вагонов для курящих в поездах – там видимость не превышает нескольких метров в солнечную погоду. Вообщем, покурить они любят. Правда, кажется, это не сильно сказывается на их здоровье – сказать, что у них много легочных заболеваний нельзя. Пытаются бороться с этим – пару лет назад все автоматы по продаже сигарет (и пива тоже) были поставлены на автоматическое отключение после одиннадцати вечера, но что это за мера, если почти везде есть ночные магазины, продающие табак-алкоголь и все находится на достижимом пешком расстоянии: страна-то маленькая…

Вообще же, это очень большая тема - об устоях и правилах поведения в японском обществе, и разбросана она частями по всем письмам.



 
Примечание от переводчика (Vladimir Z. Mordkovich)

На днях произошло событие сенсационное - консервативный японский газетный концерн  Асахи Симбун опубликовал большую статью, ставящую под сомнение японские претензии на Южные Курилы. Хотя автор статьи профессор Грегори Кларк- не японец, а британский подданный, он тем не менее в известной степени член японского истеблишмента как президент крупного токийского Университета Тама. Напомню, что жесткая и безапелляционная пропагандистская машина Японии за четыре десятилетия вдолбила в головы практически всех японцев совершенно стереотипное представление о проблеме Южных Курил, просто неприлично говорить и думать противное, так что даже намек на то, что все не совсем так, был бы сенсацией, а уж появление большой разоблачительной статьи и вовсе удивительно. Полагаю, что всем русским читателям также интересно будет ознакомиться со статьей Грегори Кларка. 

(c) Асахи Симбун, Хэйсэй 11/3/3;   Japan Times, March 3, 1999

Грегори Кларк
СЕВЕРНЫЕ ТЕРРИТОРИИ: ЕЩЕ ОДНА "ПРОБЛЕМА 2000" ДЛЯ ЯПОНИИ

Уж более 40 лет, как установился ритуал. Каждое новое японское правительство твердо заявляет, что оно-то разрешит назревший территориальный спор с Москвой раз и навсегда. Делегации и премьер-министры отправляются в Москву. А воз и ныне там.  Нынешнее правительство премьер-министра Кейдзо Обути не является исключением. Оно унаследовало пресловутое обещание русского президента Бориса Ельцина бывшему премьер-министру Рютаро Хасимото разрешить спор к 2000 году. Сегодня, похоже, Япония получила еще одну "проблему 2000": даже Ельцин и обещал это, он  имел в виду совсем не то, что его японские партнеры.  Так что не будет никакого решения так называемой проблеме Северных территорий и, следовательно, не будет официального мирного договора, подводящего черту под давней войной с Советским Союзом.  Чтобы понять, как Токио умудрился влипнуть в такие неприятности, надо знать предысторию проблемы. На ялтинской конференции в январе 1945 года, в обмен на советское обещание вступить в войну с Японией, Соединенные Штаты обещали Москве, что она сможет вернуть свои бывшие территории, ушедшие ранее в японские руки. Это обещание включало Курильский архипелаг, южное окончание которого состоит из трех больших островов: Итуруп, Кунашир и Шикотан (это-то и зовется нынче в Японии Северными территориями), - плюс группу маленьких островков, расположенную близ самого Хоккайдо, и известную под названием Хабомаи.  В августе-сентябре 1945 года Советы  с одобрения США оккупировали все Курилы, и в 1946 году Оккупационная Администрация США объявила японскому правительству, что вся цепь Курил, включая Хабомаи, исключена из территории Японии.  В 1951 году Япония начала мирные переговоры со США и их союзниками. Москва участвовала первое время, но затем вышла из переговоров под предлогом разногласий относительно действий США в холодной войне. Несмотря на это окончательный текст Сан-Францисского мирного договора устанавливает совершенно однозначно, что Япония "отказывается от всех прав, претензий и притязаний на Курильские острова".  В это время ведущий переговоры с японской стороны премьер-министр Сигеру Йосида публично заявил, что Япония недовольна такой формулировкой, особенно в отношении южной части островов. В административном отношении Хабомаи и Шикотан под японским управлением всегда относились к Хоккайдо, а не к Курилам. Что касается Итурупа и Кунашира, то историческая судьба этих двух островов отличается от судьбы остальных Курил, права России на которые были признаны Японией еще в 1855 году.  Тем не менее Йосида подписал договор. Все, чего ему удалось добиться от американцев, представленных ярым антикоммунистом госсекретарем Джоном Фостером Даллесом, было заявление, что если уж Япония питает столь сильные чувства к Хабомаи, она может попытаться обратиться Международный суд. Относительно японских претензий на остальные острова - ответом было очень громкое молчание.  В 1955 году Япония начала попытки заключить отдельный мирный договор с Москвой. Япония понимала слабость своей позиции относительно островов. Но она надеялась, что есть возможность получить хоть какие-то уступки относительно Хабомаи и Шикотана и добиться того, чтобы США, Франция и Британия признали, что хоть эти острова не относятся к Курилам , от которых Япония отказалась в 1951 году.  К удивлению Токио Советы согласились с таким требованием: они хотели остановить Токио от сближения со США. Но консерваторы в МИД'е, боясь любого японо-советского примирения, немедленно вмешались и включили Итуруп и Кунашир в перечень территориальных претензий. Москва сказала "нет", и консерваторы успокоились.  Тем не менее в 1956 году премьер-министр Итиро Хатояма решил попытаться вырваться из тупика и послал своего консервативного министра иностранных дел Мамору Сигэмицу в Москву с полномочиями вести мирные переговоры. 

Сигэмицу начал со стандартных уже японских требований Итурупа и Кунашира, - - получил немедленно отказ. Однако Советы вновь предложили вернуть Шикотан и Хабомаи при условии, что что будет подписан мирный договор. Сигэмицу решил принять это предложение. Однако когда новости о возможном соглашении просочились наружу, токийские антикоммунистические консерваторы вновь приступили к решительным действиям.  Сигэмицу был отозван и на пути домой был "перехвачен" все тем же Джоном Фостером Даллесом, который всего за пять лет до того заставил японцев отказаться от Курильских островов, включая большую часть того, что ныне зовется Северными территориями. Даллес предупредил, что, если Япония перестанет претендовать на все Северные территории, США не станет возвращать японцам Окинаву. Токио тут же разорвал переговоры с Москвой.  Ученые немало спорили о том, как же это Даллес умудрился сделать такой поворот на 180 градусов. Одна из теорий утверждает, что в 1951 году США знали, что если они не станут соблюдать ялтинские соглашения по Курилам, Москва может перестать соблюдать ялтинские соглашения по Австрии - проблема эта практически исчезла к 1956. Еще одна интересная теория, выдвинутая профессором Кимитадой Мива из Университета Софии в Токио утверждает, что американская позиция 1951 года была результатом сделки с Советами, закрепившей решением Совета безопасности ООН Микронезию за США тремя годами ранее.  И, наконец, есть такая теория, что коварный Даллес все обдумал и спланировал заранее. Его намерением с самого начала было заставить Японию отказаться от Курил в 1951 году и, зная, что японцы станут позднее пытаться вернуть острова, включить в мирный договор статью, позволяющую  США обратить в сцою пользу любую уступку, которые японцы могли бы в будущем сделать русским. Короче говоря, если Япония позволяет Советам удержать хоть часть Курил, США удерживают Окинаву.  Сегодняшняя японская позиция полностью игнорирует все описанные выше тонкости. Она попросту утверждает, что Северные территории есть исконные японские земли ("кою но рёдо") и как таковые должны быть возвращены. В том же, что касается Сан-Францисского договора, Токио выдвигает два крайне спорных аргумента. Первый заключается в том, так как в договоре не сказано, кто именно должен получить те самые Курилы, от которых Япония отказалась, то на них может претендовать кто угодно, в том числе и сама Япония. Другой аргумент - что Северные территории не относятся к тем
Курилам, от которых Япония отказалась, да и не могут относиться, будучи опять же "исконными японскими землями".  С последним аргументом, однако, не все в порядке. Если бы Япония в самом деле не отказывалась от  Северных территорий в 1951, то почему бы это Йосида заявлял всему миру в 1951, что он-де огорчен потерею Северных территорий? По возвращении из Сан-Франциско он предстал перед парламентом и получил запрос, включает ли термин "Курильские острова", использованный в Сан-Францисском договоре, Итуруп и Кунашир. Управление по договорам министерства иностранных дел, отвечая официально на этот запрос по  поручению премьер-министра, ответило парламенту 19 октября 1951: "к сожалению, да, включает".  В течение последующих лет официальные представители МИД'а комментировали этот ключевой момент так: что ответ парламенту 19 октября был: а) неправильно понят, б) устарел, и, наконец, в) был "кокунай муки", то есть "для внутреннего употребления", - иначе говоря, иностранцам вроде меня не следует совать свой нос в такие дела.  Официальные представители  МИД'а также любят указывать энергичную поддержку со стороны США, которые, начиная с 1956 года официально утверждают, что таки-да - Итуруп и Кунашир определенно не относятся к территориям, от которых Япония отказалась в Сан-Франциско. Ясно, что США, говорящие прямо противоположное тому, что они же говорили в 1951, попросту применяют маленькую уловку в стиле холодной войны, чтобы держать Токио и Москву на ножах, - но такое предположение вежливо игнорируется.  Но не только США любят поиграться в Макиавелли. В 1951 году Британия сыграла важную роль в том, чтобы заставить Японию отказаться от Курил, и британское посольство в Токио имеет в своих архивах доклад от 1955 года, где неожиданное требование японцами Итурупа и Кунашира названо "забавным и наивным". Сегодня же Британия поддерживает то же самое требование как совершенно разумное. Австралия, которая в 1951 году предпринимала усилия для того, чтобы предотвратить какие либо уступки Йосиде по территориальным вопросам (из опасения, что послевоенная Япония использует любую неопределенность с границами в качестве предлога для милитаризации) сегодня также безоговорочно поддерживает японскую позицию.  Короче говоря, то, что началось как мероприятие по наказанию Японию за агрессию времен войны превратилось в успешнейшую операцию холодной войны по удержанию Японии в лагере Запада.  Автор, однако, не предлагает полностью отбросить японскую позицию. Если бы Токио сослался бы на ту неохоту, с какой Йосида отказывался от Курил, и особенно от южной их части в Сан-Франциско и представил бы некие секретные документы, демонстрирующие, чем именно США принудили его сдаться, - это составило бы хорошую юридическую базу для того, чтобы добиваться пересмотра этой части мирного соглашения.  Но сегодня Япония находится в ловушке собственных заявлений о том, что она якобы никогда не отказывалась от Северных территорий, так что не смеет более сказать правду о том, что же именно произошло в 1951 году. Для нее легче валить все на бывший Советский Союз, чем на США. Она тщетно настаивает на возврате Москвою этих "исконных земель", не понимая, что перед лицом именно такого требования Москва не может уступить, даже если бы и хотела, - из боязни создать прецедент, который позволит другим ее соседям предъявить права на бывшие  "исконные земли".  Предложение Хасимото, что Москва может контролировать территории еще несколько лет при условии, что она признает японский над ними суверенитет, показывает, насколько неадекватно в Токио воспринимают как законы международной дипломатии, так и русский менталитет.  Тем временем большинство японцев, даже образованных, совершенно забыли, что именно случилось тогда, в 50-е годы, и пребывают в убеждении, что требования Токио абсолютно законны. Правительство понуждают продолжать переговоры в жестком ключе и игнорировать регулярные намеки Москвы, что она все еще готова вернуть Шикотан и Хабомаи. Такой спор обречен на вечное
продление. А Джон Фостер Даллес хихикает себе в гробу.


 
Нация Пространство Общество Отдых Работа Кухня Транспорт
Медицина Японки Образование Гайдзины Сервис Советы Ссылки